Хьюго Уивинг или Хьюго Вейвинг (англ. Hugo Weaving, полное имя Хьюго Уоллес Уивинг, англ. Hugo Wallace Weaving; род. Ибадан, Нигерия) — англо-австралийский актер родившийся в Нигерии. Наиболее известная роль - «В» в фильме 2006 года «В - значит вендетта».
Хьюго Уивинг
Hugo Weaving
http://internetreklama.topbb.ru/uploads/0004/b4/53/2895-1-f.jpg
Хьюго Уивинг, 13 мая.
На премьере фильма «Матрица: Перезагрузка», 2003 год.

Краткая творческая биография;

Хьюго Уивинг родился в Ибадане, Нигерия. Не успело ему исполниться и года, а семья уже переехала в Англию. Потом переехали в Австралию, потом опять в Великобританию, потом в Южную Африку, после чего вернулись в Англию. Там они провели три года, где будущий актер посещал школу в Бристоле. Он учился хорошо, и особенно любил историю. Причина частых путешествий семьи - профессия отца. Он работал в области компьютерной индустрии, и ему приходилось часто переезжать. С ним, конечно, путешествовала вся семья - жена, сын и дочь. В конце концов, семья, в которой рос Хьюго, осела в Австралии. Там юноша окончил грамматическую школу Сиднея. Высшее образование он получил, окончив Национальный Институт Драматического Искусства Австралии. Закончил это учебное заведение молодой человек в 1981 году.

В 21 год, первой ролью Хьюго Уивинга в кино стала роль ученика в фильме 1981 года «Может быть, это время». Следует отметить фильм «На окраине города». В конце 80-х Хьюго Уивинг активно снимался в довольно популярных сериалах. Уивинг получил награду «АФИ» за лучшего актера в главной роли за фильм 1991 года «Доказательство». Позже он получил ту же награду за работу в фильме «Приключения Присциллы, Королевы Пустыни», 1994 года. Та же награда досталась ему за главную роль в фильме 1998 года «Интервью». На Монреальском Фестивале Фильмов он получил приз за актерское мастерство за этот же фильм. Роль загадочного агента Смита в блокбастере 1999 года «Матрица» принесла  Хьюго Уивингу всемирную известность и сделала его лицо узнаваемым по всему миру. Уивинг повторил свою роль Смита в сиквелах Матрицы 2003 года «Матрица: Перезагрузка» и «Матрица: Революция». Он упрочил свой успех съёмками в роли эльфа Элронда в киноадаптации трилогии Джона Толкина «Властелин Колец», предпринятой Питером Джексоном.

В 2005 году роль в фильме Роуэн Вудса «Маленькая рыбка»:

— Густую бороду для роли в «Маленькой рыбке» специально отращивали?

— Да, я решил, что так будет лучше для образа. Во-первых, мой персонаж, Лайонел, немного старше меня, и если отмотать пленку лет на пятнадцать назад, то окажется, что парни его возраста в Сиднее ходили как раз с такими бородами: это было модно. Во-вторых, он наркоман-героинщик, и ему лень заниматься собственной внешностью. Наверное, для меня эта роль стала одной из самых трудных. Лайонел живет в мире, законы которого я плохо себе представляю. Пришлось вспомнить все, чему меня учили в театральном.

— Из фильма довольно трудно понять, какие отношения связывают Лайонела и Трэйси, которую сыграла Кейт Бланшетт. У вас и Кейт ведь не такая уж большая разница в возрасте, чтобы играть отчима и падчерицу?

— Мой герой старше, чем я сам, а героиня Кейт немного младше ее. Я сам не до конца уверен, но мне кажется, что Лайонел и Дженел познакомились еще до того, как она развелась. После развода Лайонел стал другом семьи и кем-то вроде отчима для героини Кейт. В фильме показаны его гомосексуальные привязанности, так что союз ограничивался только дружбой. С другой стороны, Лайонел – профессиональный игрок в регби, и он скрывал свою ориентацию: иметь подобную «семью» для прикрытия ему было выгодно. Для Дженел это тоже было неплохо – у детей был кто-то вроде отчима, а она могла хвастаться, что живет вместе со звездой регби.

— Вам нравятся такие фильмы, в которых зритель сам должен находить объяснение происходящему на экране?

— В общем, да. Хотя я считаю, что подобные запутанные предыстории есть у героев любого фильма. Персонажи ведь не появляются из ниоткуда, у них есть свое прошлое. Надо только размотать этот клубок по ниточке, которую дает сценарий. Есть вещи, которые не обязательно рассказывать, достаточно и намека. Я думаю, так и надо - пусть зрители учатся думать.

— В доме вашего героя висит его огромная фотография – на стадионе, с мячом для регби. Я так понимаю, это фотомонтаж?

— Да уж (смеется). Вообще-то я играл в регби в школе, в Австралии это вроде как национальный вид спорта. Но школьное регби все-таки попроще, там немного другие правила, чем в профессиональной лиге. Став взрослым, я на поле не выходил. Для фильма раскопали несколько фотографий знаменитых регбистов конца 1980-х и приделали к одной из них мою голову. Так что на той фотографии я помускулистее, чем в жизни. Кстати, вот еще одна деталь, которая в фильме не объясняется: Лайонел зарабатывает тем, что продает свои старые фото с автографами, пользуется остатками былой славы.

— Ваш собственный дом похож на то, что показано в фильме?

— Да нет. Я живу в совсем другом районе Сиднея, недалеко от океана. Он гораздо просторнее, светлее. Это старый дом, но я там полностью поменял внутреннюю планировку и сделал что-то вроде стеклянных стен с южной стороны. Там чудесно.

— Вы считаете себя исключительно австралийским киноактером?

— Еще бы! Я переехал в Австралию, когда мне было шестнадцать, и с тех пор живу в Австралии, снимаюсь в основном там же, работаю в театре в Сиднее. Я – стопроцентный австралиец.

— Многие австралийские актеры перебрались в Голливуд…

— Я бы так никогда не смог поступить. Не выношу Калифорнии. Голливуд сам иногда перебирается ко мне. Наиболее громкие проекты, в которых я участвовал, снимались почти у меня дома. «Матрицу» делали в Сиднее, как раз в том районе, где я живу. «Властелин колец» снимался в Новой Зеландии. Так что мне особенно и не надо далеко ездить, даже если я снимаюсь в голливудских блокбастерах. Путешествую в основном для души, ну, или на разные кинофестивали езжу. В России, правда, еще не был, но очень бы хотел. Особенно интересно было бы посмотреть на Санкт-Петербург.

— После «Матрицы» вам часто поступали предложения сниматься в похожих боевиках?

— Первый год-полтора после первой «Матрицы» - довольно часто. Теперь уже таких предложений почти нет; наверное, мода прошла. У меня в Лос-Анжелесе есть свой агент, и он мне пересылает все сценарии, которые к нему поступают. По большей части - чушь несусветная. Удивительно, но хорошие сценарии, которые я в последнее время получал, были написаны в Австралии!

— По какому принципу вы отбираете киносценарии?

— Если я прочитал сценарий, и мне немедленно захотелось увидеть этот фильм, это значит, что внутренне я уже согласился. Мне должно быть интересно.

— С «Приключения Присциллы, королевы пустыни» было так же?

— Режиссер этого фильма, Стивен Эллиотт, мой хороший приятель. Мы с ним были знакомы и до того - он работал ассистентом режиссера в одном из проектов, где я снимался, и мы каждое утро ездили на съемочную площадку вместе. Когда к нему пришла эта идея, он обсуждал ее со всеми своими друзьями. Сценарий появлялся у нас на глазах: помню, например, тот момент, когда он решил перенести действие из города в пустыню. Я тоже стал фанатиком этого проекта и просил его дать мне хоть второстепенную роль. Сначала он хотел пригласить настоящих трансвеститов, а потом вдруг предложил одну из главных ролей мне. «Ух ты, вот это будет эксперимент!» - подумал я. И тут же согласился.

— После этого фильма вас не принимали за трансвестита?

— Бывало и такое. Зрителям вообще свойственно воспринимать актеров по тому, какими они видели их на экране. Но я-то знаю, что любой человек, поговорив со мной пять минут, поймет, что в жизни я совсем другой.

— Ваш образ на экране меняется довольно часто и неожиданно. Вы специально подыскиваете такие роли?

— Я об этом не задумываюсь, но, наверное, подсознательно так и есть. Я люблю перемены. Поэтому и стараюсь совмещать работу в кино с работой в театре.

— Что вас привлекает в театре?

— Живая публика, возможность получить отклик прямо здесь и сейчас. Ну и размер тоже имеет значение: я люблю выступать на небольших сценах, в маленьких театрах, чтобы видеть всех зрителей в зале. Тогда это честная игра. В кино я обращаюсь к камере и особенно не задумываюсь о последствиях: публика увидит фильм гораздо позже, когда меня уже будет интересовать что-то другое.

— Вам не бывает обидно, что ваши театральные работы знает всего пара тысяч человек, но зато миллионы зрителей воспринимают вас как Агента Смита?

— Да нет, не обидно. Немного странно. Это нормальная ситуация, и не только в актерской профессии - когда больше всего любишь работу, которая тяжелее всего дается и за которую меньше всего платят.

— После того, как в «Матрешке» вы сыграли жениха эмигрантки из России, у вас появились какие-то знакомства среди русских австралийцев?

— Да нет, русская община в Сиднее довольно маленькая... Зато расположена в отличном районе, рядом с пляжем. Если говорить об эмигрантах, то в Сиднее больше всего выходцев из Юго-Восточной Азии. В «Маленькой рыбке», кстати, много эпизодов связано с вьетнамским кварталом Сиднея. Удивительное место: если туда попасть, кажется, что ты оказался где-то в Сайгоне. Вьетнамская община в Австралии самая большая, больше даже, чем японская. Хотя мои дети в школе изучают японский: это в последние годы популярно, многие австралийцы ездят в Японию в отпуск. Дороговатое удовольствие.

— Ваши дети уже решили, кем станут после школы?

— Моей дочери двенадцать, и у нее самые разные идеи на этот счет. А вот сыну уже шестнадцать, и похоже, что он всерьез решил стать актером. Конечно, для сына актера это естественно - я его таскал и на съемочную площадку, и за театральные кулисы. Не то чтобы я хотел, чтобы он стал актером, но я понимаю, как появился этот интерес: я ведь и в детских спектаклях играл, для пятилетних детишек. Мой сын с детства видел своего папу на сцене, видел, как тот превращается в разных людей. Когда я ездил по делам за границу, я брал его с собой. Но я знаю, что ему известна и другая сторона этой профессии. Кино в Австралии - не такая уж процветающая индустрия, и он видит некоторых из моих друзей-актеров, которые не могут найти работу, сидят без денег. У нашей семьи тоже бывали тяжелые времена, так что я точно знаю, что в карьере актера моего сына привлекают не высокие заработки, а сам процесс. Может быть, это и вправду зов крови.

— Раз уж вы заговорили о тяжелых временах… В какой момент вы поняли, что достаточно знамениты, чтобы не беспокоиться о будущем?

— Если честно, то после первой «Матрицы» все свои финансовые проблемы я решил. До того… Я начал работать сразу после актерской школы, и пережил уже столько периодов, когда работы для меня не было ни в театре, ни в кино, что в какой-то момент перестал об этом беспокоиться. Я просто знал, что пройдет пара месяцев, и на горизонте обязательно что-нибудь появится. Бывали моменты, когда у нас не было денег на овощи к обеду, но не было периодов депрессии, когда бы я ел себя и думал: «Я неудачник, у меня нет перспектив, я конченый человек». Я не планирую свою карьеру, не люблю загадывать наперед. Вот сейчас я разговариваю с вами, но не знаю еще, что буду делать через двадцать минут.

Затем последовали главные роли в фильме «В - значит вендетта», 2005 год, озвучивание полнометражного анимационного фильма «Делай ноги», 2006 год, «Трансформеры», 2007 год. В 2010 году вышел фильм с участием Хьюго Уивинга «Человек-волк». Как ни парадоксально, но Хьюго Увивинг в жизни оказался полной противоположностью своему самому известному персонажу агенту Смиту из «Матрицы». Он внимателен, мил и обходителен, любит театр, в Москву он приехал даже на день раньше остальных участников промо-тура «Человека-волка», чтобы посмотреть во МХАТе «Чайку», говорил даже, что понравилось, немного заикается и говорит негромким мягким голосом. Кажется, он внутренне сосредоточен и спокоен как буддистский монах. Некоторые журналисты поговаривают, что это из-за эпилепсии. Но, пообщавшись с актером, понимаешь, что дело тут в другом он просто нашел способ существовать в гармонии с окружающим миром:

— Хюьго, насколько нам известно, Вы актер не только в кино, но и театральный. Трудно совмещать кино и театр?

— Вовсе нет. Просто для меня кино и театр это совершенно разные области применения ремесла, разные дисциплины, если хотите. Они отличаются, прежде всего, тем, что, практически не пересекаясь, создают органичный для своей среды способ воплощения роли. Иногда мне нравится «живость» исполнения на сцене, когда ты чувствуешь зрителя, зал, когда появляется настоящий прямой контакт с аудиторией. С другой стороны, на площадке есть возможность «просто быть», и это мне нравится не меньше.

— А что Вы больше любите кино или театр?

— И то, и то люблю. Сначала, когда я только закончил театральное училище, в театре я работал больше, чем в кино, и мне потребовалось, наверное, лет десять, чтобы научиться правильно понимать требования к кинороли. Тогда мне стало еще интереснее работать в кино, в театре я стал играть всё реже и реже сначала где-то раз в год, теперь раз в два года... Но мне нравится и театр, и кино.

— А Вы не чувствовали никаких ограничений, играя довольно клишированную жанровую роль в жанровом фильме?

— В принципе, это меня никак не ограничивало. Нужно было просто найти правильный способ воплощения персонажа, но ограничений никаких не было.

— «Человек-волк» выглядит по-хорошему олдскульным хоррором, во многом из-за того, что создатели постарались применять компьютерные спецэффекты только по необходимости, а остальное заменить живой, осязаемой фактурой. Чему можно больше доверять куклам и гриму или же компьютерной графике?

— Вот я не очень люблю компьютерные спецэффекты. Я стараюсь держаться от них подальше. По мне, компьютерный мир слишком совершенный, чтобы быть настоящим. С другой стороны, когда сделали совершенно «живого» компьютерного Голлума спецэффект впервые сыграл человеческую роль, и позволил оживить персонажа. Поэтому, когда графика позволяет очеловечить героя, она — потрясающий инструмент, но сама по себе без актера она ничего не выражает, ничего не может сказать о нас, о людях. Сам был бы рад видеть перед камерой человека, конечно.

— К слову о людях?..

— О, люди как раз одна из причин, по которым я заинтересовался фильмом. Об актерском составе стало известно за несколько недель до начала съемок, и мне захотелось поучаствовать в проекте, в котором уже на тот момент были заявлены и Бенисио Дель Торо, и Эмили Блант, и Макс фон Сюдов, и Джеральдина Чаплин, и сэр Энтони Хопкинс состав был потрясающим, восхищаюсь ими всеми. И это было невероятное удовольствие  встретиться с большинством из них. С сэром Энтони было удивительно общаться он мягкий, смешной, очень дружелюбный, потрясающе опытный и безмерно талантливый. Он целиком отдается процессу и заряжает своей энергией остальных актеров. При этом он удивительно трудоспособен, много работает и на площадке и над ролью в принципе. Это, наверное, как раз то, что отличает гениальны актеров от просто талантливых…

— А где лучше играть на натурных съемках или перед зеленым экраном?

— В живой обстановке сниматься, конечно, проще. Я стараюсь сниматься в настоящих декорациях. Перед зеленым экраном приходится притворяться, что вокруг тебя есть что-то настоящее. По-моему, зеленый экран не очень-то и работает, даже в «Матрице» большая часть сцен снималась в настоящих декорациях, чтобы мир был похож на настоящий.

— На протяжении фильма Ваш персонаж претерпевает своеобразную трансформацию от ревностного блюстителя закона до почти оборотня. Вы как своего персонажа оценили бы?

— Я никогда не оцениваю персонажей как хороших или плохих по-моему, это скучно. Мы все — сложные и уникальные индивидуальности, и даже простые роли часто полны неожиданных сложностей в воплощении, поэтому всегда интересно исследовать персонажа и попробовать его полностью раскрыть. Я вообще стараюсь не смотреть на вещи как черное и белое, потому что всегда есть место полутонам.

— То есть, когда инспектор Эбберлайн бесцеремонно выдворяет Гвен из дома, чтобы найти там оборотня это не проявление плохих качеств персонажа, а просто такая мотивация?

— Как раз да, потому что Эбберлайн стремится защитить Гвен от оборотня, и его отчаянная жестокость объясняется, скорее, необходимостью. Плюс, такое поведение могло быть свойственным тому времени. Эбберлайн, кстати классический тип детектива. Он должен следовать своим инстинктам ищейки, но постоянно должен себя одергивать, должен сомневаться во всем. С одной стороны, его поведение похоже на одержимость, но с другой у него такая работа. Опять же, когда он видит, как человек превращается в волка, он просто обязан этого оборотня поймать и как профессионал, и как рационально мыслящий человек. Эбберлайна было очень интересно играть. У меня даже есть любимая сцена: Детектив из большого города, приезжает в небольшую деревеньку, приходит в паб, в котором все посетители буквально источают суеверный страх это классическая сцена завязки для многих фильмов ужасов. Все люди в пабе верят в оборотней, он один нет. Мне очень нравится этот момент, потому что мы его много раз видели раньше, и у нас он практически реинтерпретация классики.

— А вот если говорить об оборотне, Вы бы какую роль выбрали его преследователя или адвоката?

— Ну, в фильме же речь идет о человеческой природе, а по природе нашей мы все-таки животные в каком-то смысле мы отличаемся от них, конечно, но не сильно иногда граница совсем размыта. Поэтому защищать оборотня было бы и труднее, и интереснее, чем преследовать это был бы настоящий вызов. Наверное, и вызов природе в том числе.

— По-вашему, где или в чем в «Человеке-волке» нужно искать пресловутую магию кино?

— А я его еще не видел. Я же в Австралии живу, а студия находится в Лос Анджелесе. Надеюсь, что через несколько дней его посмотрю, но вообще до нас он еще не доехал.

— Вы говорили, что очень любите русскую культуру и русских писателей особенно. Кто из них у вас любимый?

— Чехов, пожалуй, сразу стал самым любимым.

— А пьеса?

— «Дядя Ваня», наверное. С восемнадцати лет играю и очень люблю. Но, в целом, мне все его произведения нравятся, и это огромное удовольствие и смотреть его пьесы, и играть в них, читать. Великий, феноменальный и удивительный, конечно, автор. Все его произведения о том, как трудно жить. Все его персонажи совершенно настоящие и живые часто безвылазно застрявшие в своих проблемах. Ничего не происходит, и что бы они не делали всё болезненно и горько. Я смотрел «Чайку», как только прилетел… Удивительное зрелище смотреть Чехова на русском. Очень было интересно услышать русскую речь... Я до этого только один раз смотрел спектакль на русском  в Сиднее... И понять, как актеры эмоционально выражают своих героев. Это было очень и очень интересно. Потому что у нас своя, англо-саксонская, манера чувствовать и выражать эмоции есть заметная разница. Удивительно было и видеть, и слышать знакомых персонажей в своей родной культурной среде. Безумно захватывающее зрелище.

— Хьюго, а какие фильмы Вам вообще нравятся, как зрителю?

— Вообще я люблю такие, из которых что-то новое узнаешь и о людях, и о себе, которые как-то на меня влияют, заставляют задумываться по совершенно разным вопросам.


Избранная фильмография;

Тоталитарная Британия на фоне футуристических ландшафтов. Молодую женщину по имени Иви вызволяет из смертельной опасности таинственный незнакомец известный как «В». Невероятно харизматичный и превосходно владеющий искусством борьбы и мошенничества «В» разжигает революцию, побуждая сограждан восстать против тирании и угнетения. По мере того, как Иви узнает правду о таинственной личности «В», она открывает много неизведанного и в себе, оказываясь в итоге его неожиданным союзником в борьбе за свободу и справедливость общества, погрязшего в коррупции и жестокости.
• 2006 — В - значит вендетта / V for Vendetta (киноактер)

Весь интернет

Ссылки - Фильмы-антиутопии.
Сборник афоризмов - Хьюго Уивинг - цитаты.