Жорж Батай (фр. Georges Bataille, род. Бийом, Овернь) — французский философ и писатель, стоявший у истоков постмодернизма. Один из лидеров левых интеллектуалов во Франции, автор книг по проблемам философии, религии, экономики.
Жорж Батай 
Georges Bataille
http://internetreklama.topbb.ru/uploads/0004/b4/53/3084-1.jpg

Краткая творческая биография;

В период с 1901 по 1913 год Жорж Батай учился в лицее в Реймсе. В 1914 году принял католичество. В 1915 году окончил колледж д’Эперней, в 1918 году поступил в Эколь де Шарт в Париже, где в 1922 году защитил дипломную работу «Рыцарский орден, стихотворная повесть 13 в.» и получил квалификацию архивиста-палеографа. В 1922 году поступил на службу в парижскую Национальную библиотеку, где проработал до 1942 года. В начале 1920-х в Париже общался с Львом Шестовым, под его влиянием начал читать Федора Достоевского, Сёрен Кьеркегора, Блез Паскаля, Платона, принял участие в переводе на французский язык книги Шестова «Добро в учении гр. Толстого и Ницше», 1925 года. Кроме этих мыслителей, Батая интересовали Фридрих Ницше, Зигмунд Фрейд, де Сад, позже Георг Гегель и Маркс. Стержнем его концепции стало гегельянство, переосмысленное с позиций ницшеанства и психоанализа. Батай развил свой «базовый материализм» в период с конца 1920-х и начала 1930-х годов как попытку порвать с господствующим типом материализма. Батай приводит доводы в пользу концепции активного основного вопроса, который разрушает оппозицию высокого и низкого и дестабилизирует все основания.

В некотором смысле эта концепция подобна спинозовскому нейтральному монизму субстанции, охватывающему дуально субстанции сознания и материи, обозначенные Декартом, однако она же бросает вызов строгому определению и остается в царстве опыта, а не рационализации. Базовый материализм был главным оружием борьбы с деконструкциями Деррида, впрочем, оба они разделяли тут попытку дестабилизировать философские оппозиции посредством непостоянного «третьего члена». Батайевское понятие базового материализма может также рассматриваться как упреждение альтюссеровской концепции случайного материализма или «материализма столкновения», который привлекает подобные атомистские метафоры для описания мира, в котором причинная связь и действительность оставляются в пользу безграничных возможностей действия. Этот термин был введён Батаем, интерпретировался Клоссовским, Кожевым. Наконец, важное значение придал ему Бодрийяр, и в этом смысле термин симулякр сейчас чаще всего употребляется. О своей концепции Батай писал так:

Код:
«Я пошёл от понятий, которые замыкали. Язык не оправдал моих надежд, выражалось нечто иное, не то, что я переживал, ибо то, что переживалось в определённый момент, было непринуждённостью. Язык отступает, ибо язык образован из предложений, выступающих от имени идентичностей».


Тем самым Батай постулирует «открытость существования» в отличие от «замкнутого существования», предполагающего «понятийный язык» и основанного на задаваемых им идентичностях. Строго говоря, «понятийный язык» задает идентичность существования с бытием, тем самым деформируя бытие как «убегающее всякого существования». В этой связи мы вынуждены раскрыть понятия по ту сторону их самих. Это становится очевидным в системе отсчёта так называемых «суверенных моментов» смех, хмель, эрос, жертва, в точечном континууме которых «безмерная расточительность, бессмысленная, бесполезная, бесцельная растрата» «прерывность» становится «мотивом бунта» против организованного в конкретной форме «устроенного и эксплуатируемого» существования «во имя бытия» как неидентифицируемого такового. Эти «суверенные моменты» есть «симулякр прерывности», а потому не могут быть выражены в «понятийном языке» без тотально деструктурирующей потери смысла, ибо опыт «суверенных моментов» меняет субъекта, реализующего себя в этом опыте, отчуждая его идентичность и высвобождая тем самым его к подлинному бытию.

В этой системе отсчёта симулякр упраздняет возможность самой мысли, о какой бы то ни было идентичности. Усилие Батая в сфере поиска адекватного или, по крайней мере, недоформирующего языка, для передачи «суверенного опыта» оценено Кожевым как «злой Дух постоянного искушения дискурсивного отказа от дискурса, то есть от дискурса, который по необходимости замыкается в себе, чтобы удержать себя в истине». По формулировке Клоссовского: «Там, где язык уступает безмолвию, там же понятие уступает симулякру». Избавленный от всех понятий как содержащих интенцию на идентификацию своего значения с действительностью, язык упраздняет «себя вместе с идентичностями», в то время как субъект, «изрекая» пережитой опыт, «в тот самый миг, когда он выговаривает его, избавляется от себя как субъекта, обращающегося к другим субъектам». Таким образом, «симулякр не совсем псевдопонятие: последнее еще могло бы стать точкой опоры, поскольку может быть изобличено как ложное.

Симулякр образует знак мгновенного состояния и не может ни установить обмена между умами, ни позволить перехода одной мысли в другую». В этом отношении симулякр не может, подобно понятию, заложить основу пониманию, но может спровоцировать «сообщничество»: «Симулякр пробуждает в том, кто испытывает его, особое движение, которое, того и гляди, исчезнет», - пишет Клоссовский. Вторую жизнь понятие симулякра получит уже у Бодрийяра. Предметы его интереса весьма разнообразны: мистика, экономика, поэзия, философия, искусство, проблемы эроса. Свои произведения он иногда издавал под псевдонимами, а некоторые из его публикаций были запрещены. Современники чаще всего его игнорировали, в частности, Жан-Поль Сартр презирал его как защитника мистицизма. Однако посмертно его работы возымели значительное влияние на Мишеля Фуко, Филиппа Соллерса, Жака Деррида. Его влияние чувствуется в работах Бодрийяра, как, впрочем, и в психоаналитических теориях Жака Лакана. Первоначально Батая привлёк сюрреализм, однако ненадолго: вместе с его основателем Андре Бретоном они отошли от этого направления, хотя уже после Второй мировой войны Батай и сюрреалисты возобновили дружеские отношения.

Батай был членом чрезвычайно влиятельного Колледжа Социологии во Франции в период между Первой и Второй мировыми войнами. На Батая глубоко повлияло изучение трудов Гегеля, Фрейда, Маркса, Марселя Мосса, Маркиза де Сада, Александра Кожева и Фридриха Ницше, последнего он защищал в известном эссе против наименования его нацистом. Для создания своих работ Батай выуживал материалы из самых разных направлений и использовал разнообразные способы дискурса. Его роман «История глаза», изданный под псевдонимом «Lord Auch» буквально, «Бог Отозванный», если употребить смягченный перевод, первоначально читался как чистая порнография, в то время как истолкование этой работы созревало лишь постепенно, раскрывая со временем свою значительную философскую и эмоциональную глубину, столь характерную для авторов «запретной литературы». Образный ряд романа строился на ряде метафор, которые, в свою очередь, были обращены к философским конструктам, развитым в его работе: глаз, яйцо, солнце, земля, органы. Другие известные романы включают в себя «Моя мать» и «Синева небес». Последнее произведение, с его некрофилическими и политическими тенденциями, автобиографическим и личным подтекстом и философскими обобщениями доводит «Историю Глаза» до своей кульминации, формируя намного более темное и суровое восприятие современной исторической действительности.

Батай писал и чисто философские работы, хотя от права называться философом часто отказывался. Тем не менее, его философские заявления граничили с атеистической мистикой, здесь они были с Сартром вполне солидарны. Во время Второй мировой войны, под влиянием кожевского прочтения Гегеля, а также под влиянием Ницше, он написал труд «Сумма атеологии», аллюзия на «Сумму теологии» Фомы Аквинского, включающий в себя работы «Внутренний опыт», «Виновен» и «Ницшеанские мотивы». После войны он сочинил свою «Проклятую долю», а также основал влиятельный журнал «Критика». Его единственная в своем роде концепция «суверенитета», которая, скорее, напоминает «антисуверенитет» дала повод для активных дебатов с Жаком Деррида, Джорджио Агамбеном, Жан-Люком Нанси и другими. В 1931 году вступил в Демократический коммунистический кружок, кружок распался в 1934 году. Опубликовал ряд статей в журнале «Социальная критика»: «Критика основ гегелевской диалектики», совместно с Раймоном Кено, в 1932 году. В статье проводилась мысль о необходимости обогащения марксистской диалектики за счёт включения в неё психоанализа Фрейда и социологии Мосса и Дюркгейма. «Проблема государства», 1933 года, полемика против революционного оптимизма, фашистского тоталитарного государства и диктатуры социализма, «Психологическая структура фашизма».

Первым во Франции Батай применил психоаналитические методы к анализу политических проблем. С 1931 года участвовал в семинаре Александра Койре в Школе высших исследований, а в период с 1934 по 1939 год в семинаре Кожева, где в сотрудничестве с Раймоном Кено, Ароном, Морисом Мерло-Понти, Вейлем, Андре Бретоном и другими работал над переводом и комментариями к гегелевской «Феноменологии духа». В 1935 году принимал участие в работе исследовательской группы, организованной Лаканом . В 1935 году стал одним из инициаторов движения «Контратака», движение что распалось в 1936 году, объединившего левых интеллектуалов различных творческих ориентаций. Основными лозунгами движения были антинационализм, антикапитализм, антипарламентаризм, основной целью провозглашалась замена мифологии фашизма мифами моральной и сексуальной революции. Основными идейными источниками «Контратаки» были сочинения де Сада, Шарля Фурье, Ницше. В этот период Батай обвинили в профашистских настроениях, поскольку в одном из составленных ими документов «недипломатическая грубость» Гитлера трактовалась как позитивная альтернатива «слюнтяйству» французских политиков и дипломатов. С 1936 года Батай начал организацию тайного общества «Асефаль» и одновременно журнала с тем же названием.

Первый номер журнала вышел в 1936 году, общество было создано в 1937 году его членом, в частности, стал Клоссовски. Одним из правил общества было не подавать руки антисемитам. В 1937 году Батай стал одним из организаторов социологического колледжа, одной из задач которого была разработка социологии «сакрального», способной дополнить марксистский социальный анализ исследованием иррациональных фактов социальной жизни. В тот же период Батай организует общество коллективной психологии, нацеленное на изучение роли психологических, в том числе бессознательных, факторов в социальной жизни. На первый план для Батая выдвинулись проблемы смерти как основы социальных отношений, по мысли Батая, смерть эмоциональный элемент придающий безусловное значение совместному существованию, вины, греха, зла, внутреннего опыта. В 1946 году по инициативе Батая началось издание журнала «Критика», где он опубликовал статьи «Моральный смысл социологии», «Тайна Сада», «О рассказах жителей Хиросимы», «Переход от животного к человеку и рождение искусства», «Коммунизм и сталинизм», «Сад». В 1952 году Батай был награждён орденом Почётного легиона.

Весь интернет

Ссылки - Авангардные фильмы.
Сборник афоризмов - Жорж Батай - цитаты.